James Hadley Chase

Мёртвые молчат

— Чего ты опять понес? — прорычал он, нахмурившись.
— Я сказал, что это удачная мысль. Не будете ли вы любезны отпустить мой пиджак? Он отпихнул меня.
— О'кей, но усвой: я тебя вытащил из передряги и ожидаю кое-чего взамен. Понятно?
— Вы это получите, — улыбнулся я ему. — Обязательно получите.
— Сядь и не путайся под ногами. — Он снова потянулся к телефону. — Мне надо вызвать сюда капитана.
Пока он звонил, я сел и налил себе новую порцию виски. Я еще не забыл, как он наподдал мне ботинком в день нашей первой встречи. Я не думал, что доказать факт получения Ласситером денег от Корнелии составит сложную задачу. Пусть он и застрелил ее, но я не обольщался мыслью, что он сделал это исключительно ради спасения моей жизни. Она сказала, что я буду безопаснее мертвый, а он, в свою очередь, знал, что это относится и к ней. Он знал, что она заговорит, как только попадет в суд. Он увидел возможность выпутаться и не упустить своего шанса. Мне было достаточно только шепнуть пару слов капитану Маттису. Изучение банковского счета Ласситера прикончит его. Никому не дозволено пинать Слейдена под зад и не расплачиваться за подобное удовольствие.
Ласситер закончил разговор. Он подошел к тому месту, где покоилось тело Диллона, и начал отрывать доски пола.
— Я возьму на себя труд обнаружить труп, дружок, — пояснил он. — Твое дело со мной сотрудничать. Я расскажу всю историю. Ты сиди тихо и не встревай. Только поддакивай, когда я скажу.
— Конечно, — ответил я. — Как вы скажете, сержант. Его поросячьи глазки ощупали меня.
— И не выкидывай никаких штучек, а то пожалеешь.
— Все о'кей, сержант.
Я закурил. Возможно, будет безопаснее намекнуть обо всем Маттису после моего возвращения в Нью-Йорк. Я решил, что именно так и надо сделать. В ожидании Маттиса я начал выстраивать историю в таком виде, в каком буду ее диктовать Берни.
Если уж чья-нибудь физиономия должна была красоваться на обложке номера с моим рассказом, я не видел причины, почему бы ей не быть моей собственной.
Но я дурачил сам себя. Что Файетт ненавидел пуще всего на свете — так это делать рекламу кому-либо из своих штатных писак.